Место где нужно побывать

Кружка горячего чая обжигала руки. Вернее должна была обжигать, но руки насквозь промерзли и жара не чувствовали. Мысли о только что пройденной зимней 4Б на Пионер заставляли меня вздрагивать и тревожно озираться.
Юта, завернувшись до глаз в пуховку, сидела рядом и смотрела на кружку чая которая стояла перед ней на столе. Ей тоже хотелось горячего, но для этого руки надо было вытащить из рукавов куртки. В голове у обоих вертелась одна и та же мысль: “В этом году только теплые горы - никакого снега!”
  • Ну что - летом в Фаны?
  • Ага - в Фаны.
И тут я вспомнил про Каравшин. Юг Киргизии - тепло и скалы. “А чего нет?” - подумал я, тем более здесь, в Туюк-Су, есть у кого спросить подробности.
  • Кирилл! А что ты можешь сказать за Каравшин?
  • Каравшин? Каравшин это то место где нужно побывать!

Welcome to Asia или логистика по Киргизски

Самолет вздрогнул последний раз и остановился в конце ВПП Ошского аэропорта. В открытую дверь ворвалась пыльная духота. “Welcome to Asia!” - сказал я себе.
Когда мы, сгибаясь под тяжестью баулов, вышли наружу - с возгласом “Анатолий!” подбежал улыбающийся киргиз. Я не понял - спрашивает он или утверждает, поэтому молча кивнул и отдал ему один из рюкзаков. Киргиз оказался Жунусбеком - то ли владельцем, то ли сотрудником и контактной персоной предприятия под названием “Batken Travel Service” - нашей принимающей организации.
Позавтракав и купив продукты на ошском рынке, мы отправились в Баткен. Бонусом в багажнике позвякивали три бутылки “Кыргызстан Коньягы”. Ноги, обутые в купленные там же тапки “ABIBAS”, приятно отдыхали.
Дорога по качеству не уступала немецким автобанам - спасибо китайцам. Смотреть было особо не на что и я мгновенно заснул. Проснулся под визг тормозов, ткнувшись носом в бардачок и через мгновение, вслед за Жунусбеком бежал к лежащему у дороги грузовичку. Вокруг уже суетилось человек пять местных.
Через пассажирскую дверь вытянули бабку. Что бы вытянуть внучку - машину пришлось переворачивать. Бабка видимых повреждений не имела, а вот внучке повезло меньше. Молоденькую девчонку, с иссеченными осколками стекла рукой и шеей, мы погрузили на заднее сиденье и пока Юта пыталась перевязать ее тем, что было под рукой, наш джип развил такую скорость, что я посчитал нужным забеспокоиться и пристегнуться. Через полтора километра, на какой-то заправке, я заметил невесть как там оказавшуюся “буханку” с красными крестами. Передав пострадавшую в руки профессионалов, мы поехали дальше. “Не хило поездка началась” - подумал я и снова уснул.
В Баткене пообедали с нашими друзьями-казахами, приехавшими в тот же день и оставив их дожидаться еще двух своих участников, выехали в Сары-Жаз, он же Сары-Ез, Сарез и множество других вариантов, затрудняющих поиск данного населенного пункта в сети. Рассортировали вещи, перелили коньяк из трех стеклянных бутылок в одну пластиковую и легли спать.
Первое что я увидел, выбравшись утром из палатки, были бродящие вокруг ишаки и разбросанные по пригорку казахи в спальных мешках. Они добрались глубокой ночью и спали под открытым небом, напоминая кегли в боулинге после страйка.
Позавтракали, взвесили поклажу и распределили ее по транспортным единицам. Нам достался хитрый ишак Изя и задумчивый конь Виталик. Изя, получив в нагрузку рюкзак с едой, тут же попытался скрыться в направлении Баткена, но был оперативно возвращен на исходную позицию. Виталик груз тащил исправно, но часто зависал. Перезагружался пинком ноги или ударом палкой.
Закончив с погрузкой мы выдвинулись на перевал. Подъем был пологий и наш транспорт подло разбегался в разные стороны. Транспорт ловили и пытались заставить двигаться куда надо.
Мы быстро переняли основные навыки управления ишаками, как то: тычки палкой и зычное “Оущщщь!” и как могли помогали погонщикам. У Юты была другая тактика - она ласково трепала ишаков за ушами и гладила по холке - ишаки млели и смотрели на нее преданными глазами. Нас ишаки боялись, а Юту любили. Обе схемы работали и наш караван худо-бедно двигался на Каравшин.
Я шел по ущелью попутно приглядывая да Изей с Виталиком. Солнце сменялось дождем, лицо в обдувалось легким ветерком, а в нос бил терпкий запах мяты, чабреца и других, неизвестных мне горных трав.
Хрен там был - соляра, сэр!! Мимо протрусил ишак с канистрой, из которой тоненькой струйкой сочился бензин. Канистру залепили сантехническим скотчем, а ишака с пробитым бензобаком окрестили Вин-Дизелем. Далее рядом с ним старались не курить.
Дорога от Сары-Жаз до БЛ занимает примерно полтора дня. При условии что все мосты исправны. В этот раз исправных мостов почти не было и приходилось тянуть переправы или форсировать реку верхом на лошадях.
Ишаки перебирались вброд. Выглядело это следующим образом - ишаку на шею надевали веревку, конец бросали на другой берег и загоняли ишака в реку. Через пару шагов течение подхватывало ишака и мы за веревку вытягивали его на сушу.
Сыпало дождем, но мы не унывали. Ишаки один за другим весело полоскались в реке, а мы тянули веревку столь энергично - что каждый раз я боялся что на берег вытащим только ишачью голову. Но хотя мы были сильные - ишаки были прочные и обошлось без травм.
Вин-Дизель, ошалев от таких водных процедур и пользуясь тем что погонщики были заняты, яростно заколотил последнюю в жизни (как ему казалось) палку любви оказавшейся некстати рядом ослице. Вместо сигареты после секса получил пинок и умиротворенно застыл.
Наконец, после двух ночевок в заброшенных кошах, открылся скальный массив, похожий на “Затерянный остров” Жюля Верна. Пик Котина - он же Шайтанхана и Одесса с жандармом неприличных очертаний, как бы намекающих, что на эту гору взойдет не каждый.
Мы приближались к конечной точке нашего маленького путешествия.
Лагерь в Кара-Суу - в одном из двух обжитых альпинистами ущелий, был полупустой - “аксайтревеловский” тим-бокс, да их же пустые палатки. Поставили свою в стратегически верном месте - за кухней, и начали готовиться к завтрашнему дню.
На завтра казахи унеслись на восхождения - Рома с Лёней на Серебряную стену по 5А, Паша с Нурали на Асан по 5Б, Кирилл с Максом на ЛОМО. Мы же взяли себе день отдыха. Сходили под Желтую стену - посмотрели маршрут и заодно провесили две веревки. Вечером, напоив чаем вернувшихся с Серебряной стены Рому с Лёней, легли спать в предвкушении.

Hard warm up. Желтая стена

Маршрут Солонникова 5А на Желтую стену считается разминочным. Длинный и мокрый внутренний угол, пересекающий всю стену по диагонали. Один из немногих в районе ходится за день.
Хоть я и пытался убедить себя что маршрут серьезный, несмотря на свой разминочный статус - полез на расслабоне. Решив не мочить веревку - ушел на стенку внутреннего угла и со старта получил лазанье категорией выше заявленного. Поняв что веревку я все-равно намочу - перебрался внутрь и дело пошло быстрее.
К обеду были на ключе - месте где внутренний угол элегантно, как брюки в шорты, превращается в нависание. Заколотив по самое некуда якорь, полез пытаться. Чистой попытки не получилось - пролез с зависанием.
Описание оставили в лагере - поэтому долезал по памяти. Память не подвела и часов в шесть были на вершине. Пофотографировали виды, оставили сникерс и начали спуск.
По описанию спуск с гребня во второй кулуар на осыпь. Главное не ошибиться с кулуаром - иначе попадаешь на сбросы. С кулуаром не ошиблись, а на сбросы попали ниже - забыли о “правиле трех ручьев” после сыпухи. В темноте, кое-как проскреблись поперек и вернулись в лагерь.
Следующей по плану была Серебряная стена. Ее решили идти с ночевкой. Взяли наш лёгонький “недобиблер” - Firstlight от BD и, через несколько часов, провесив две веревки, принялись отдыхать под стеной. Первой вызвалась работать Юта и я чувствовал себя расслабленно и комфортно - бегал туда-сюда с фотоаппаратом, кипятил чай, а завтрашний день работы вторым представлялся мне легкой прогулкой.

How to cook a perfect steak. Серебряная стена

Пот заливал глаза, а руки отказывались двигать, то и дело застревавший на веревке, жумар. Стена напоминала раскаленную сковороду и я первый раз в жизни работал на маршруте в майке. В голове вертелась только одна мысль - “Что бы я! Еще раз! По собственной воле! ВТОРЫМ!!! НИ-КОГ-ДА!!”. Но вслух не получалось даже выругаться - горло пересохло и потрескалось.
  • Перила готовы! - раздался сверху довольный голос.
  • Понял! - прохрипел я и начал разбирать станцию.
Маршрут Темерева, по каминам ЮВ стены, заявлялся первопроходцами как 5Б и прожумаривая некоторые из мест которые Юта прошла лазаньем - я мысленно аплодировал стоя и тихо гордился напарником. Жизнь, на короткие мгновения, становилась не такой серой и беспросветной.
Юта пролезла очередной “болдер” и мы вышли на “простой” гребень. На Кавказе простой гребень временами идется не связываясь, здесь возникали мысли надеть скальники. 200 м по гребню - тут бы и быть вершине, но нет - спуск, осыпь и через 400 м куча гнилья, которой повезло оказаться выше остальных подобных куч и ее назвали вершиной. Выглядело так - что пройдя 5А, мы спустились и зашли на гору по единичке. Единственное что извиняет такой расклад - путь спуска все-равно проходит мимо вершины.
Спуск вниз по осыпи, потом вдоль ручья по зеленке и направо под маршрут. Просто - но длинно. Спускались в темноте, практически на ощупь. В какой-то момент прыгать по камням и продираться сквозь кусты надоело и мы решили ночевать. Под какой-то арчей разложили веревки, на них рюкзаки и в максимально-неудобных позах заснули. Часа такого сна оказалось достаточно что бы ночной спуск перестал казаться злом и мы пошли дальше. Как оказалось слились мы в сорока минутах ходьбы от ночевки.

Сезон дождей

А потом начался дождь. Казалось что он был здесь всегда. Дни стали серыми и однообразными: подъем - чай, завтрак - чай, карты с казахами - чай. Чай. Чай и чай…
Перед дождем приехали немцы. Чуть ли не на следующий день, в лучших традициях “Блицкрига”, понеслись на Асан по 6А. “Блицкриг” разбился о непогоду и немцы два дня мужественно просидели на стене.
Мартин, единственный из них оставшийся в лагере, тусовался с нами в аксаевском тим-боксе и делал вид что жутко жалеет о том, что не смог разделить с друзьями все тяготы стенной жизни. Проявляя сочувствие Лёня и Рома учили Мартина играть в дурака, рассчитывая позже сыграть с ним на снаряжение. Казахи поили нас какао, а мы кормили их супом со свиными ушами.
В непогоду, когда все книги прочитаны, истории рассказаны, а от чая и сладостей начинает тошнить, всегда наступает такой момент, когда нужно или начинать пить водку, или забить на непогоду и идти в горы. Водки у нас не было и мы пошли на Асан - 5Б по Горбенко.

Асан

Под маршрутом, проснулись в 6 утра под стук дождя по палатке. По стене бежали водопады, а вокруг таял мокрый снег. Ощущения колебались где-то между: “Блин! Дождь - еще день сидеть” и “О! Дождь - можно дальше спать”. К обеду распогодилось и мы, провесив две веревки, решили идти завтра при любом раскладе.
На завтра, подождав когда стена хоть немного просохнет, вышли на маршрут. Стена, снизу казавшаяся абсолютно гладкой, радовала мелкими, но крепкими зацепками, журчащие то тут то там ручейки настраивали на лирический лад, а небольшие трещинки под якоря внушали уверенность в завтрашнем дне. На третьей веревке немного отклонился от маршрута и уперся в зеркало. Можно было или траверсировать или спуститься ниже и заложить маятник. Начал траверс, сорвался - улетел вниз. Ну чтож - маятник так маятник. Качнул влево, по внутреннему углу вылез под нависание и по потеку с ручьем полез дальше.
Через пару веревок стенная часть кончилась и начался лабиринт. Стенки, внутренние углы, полки и камины. Каждый раз, сверяясь с описанием, думал что ушли не туда, но почему-то всегда выходили куда нужно. Маршрут был логичный, а описание - так-себе.
Последние две веревки дорабатывали в темноте - спорное удовольствие - шаришь руками в световом пятне пол на пол метра и сколько того счастья - не понятно.
Наконец вылезли на осыпную полку с местом под ночевку и поставили палатку. Воды на ночевках не оказалось - чай кипятили из того что было с собой. Хорошо днем было не жарко и на маршруте мы почти не пили.
На следующий день планировали выйти на вершину и спуститься к ночевкам под маршрутом. Лезлось комфортно, жумарилось - тоже. Почему-то участки VI лазанья я проходил легко, ну разве что точки заканчивались чуть быстрее, а на V иногда залипал.
Добрались до еще одной ночевки - шикарной полки с карнизом. Она так и называлась в описании - “комната”. Жалко не добрались сюда вчера - сейчас тут заночевать можно было бы только из принципа - ради шикарного вида на Одессу из окна палатки.
Дальше дюльфер вниз, с освобождением (естественно) застрявшей веревки, и последний шестерочный участок наверх.
Щель и внутренний угол - crack climbing наше все. Щель постепенно сошла на нет и остались две абсолютно гладкие стенки. Поставил ноги в распор на трении (5.10 держат только на репутации) и меееедленно выжал себя вверх. Когда до заветной микро полочки оставались считанные сантиметры, почувствовал - что-то не пускает. Скосил глаза вниз - молоток зацепился за подхват. “ВОТ С-СУКА!!!“ Меееедленно приспустился (репутация 5.10 все еще работает), меееедленно опустил руку и высвободил молоток (нога предательски задрожала), меееедленно распрямился во второй раз и, немного вытолкнув себя вверх, взял полочку как раз в тот момент когда ноги ушли. Успел... В откидку вверх, рука в распор в стену (только бы не соскользнула), нога к второй руке, скручиваюсь-вверх-все! Дальше только осыпь, гребень и вершина.
Когда к станции выгребает Юта - уже накрапывает дождь. На Одессе плотно сидит облако, а над Усеном начинает глухо рокотать. Убираем лишнее в рюкзаки, связываемся и идем по крупной осыпи наверх. В облаках еще появляются просветы и кажется что успеем, тем более что обещанные полтора часа по гребню мы проходим минут за сорок.
На вершине видимость как в сметане - зачем-то сфотографировались и пошли на спуск. До петель 50 метров по гребню. Гребень острый, но страшным не кажется. Наверное потому что пропасть по обеим сторонам скрыта в облаке.
Добираемся до петель, сбрасываем веревки и Юта уходит первой - она налегке и быстрее найдет спуск. Уже вовсю бушует непогода - град со снегом лепит глаза, а шквальный ветер испытывает меня на устойчивость. Приседаю на корточки и прижимаюсь спиной к отколу - хоть не так треплет. С нетерпением жду сигнала снизу - но там все плохо - часть веревки, которая не скрыта от глаз облаком, судорожно дергается в разные стороны. Представляю какие маятники закладывает Юта в поисках петель и в душу закрадывается липкий страх.
Возле уха раздается то-ли скрип, то-ли жужжание и через секунду в плечо начинают бить разряды. Cудорожно сдираю с себя железо и понимаю что сегодня уже не спустимся. Дергаю веревку три раза - “Поднимайся!” и выбираю страховку.
Через некоторое время появляется Юта. Мгновенно оценив ситуацию, так же скидывает с себя все лишнее и мы, оставив все кроме палатки, еды и спальника, уходим обратно. Гребень уже не кажется таким безопасным - мокрый, сочащийся ручьями, залепленный снегом - хочется проползти его на животе, но быстрей попасть на полку для ночевки хочется больше.
Поставив палатку, мокрые насквозь, забираемся внутрь. Начинаем кипятить чай - благо воды в виде снега вокруг навалом. Юта вспоминает что кроме оставшейся у нас половинки сникерса, есть бульонный кубик. Сразу жутко захотелось бульона. Кубик не нашли и желание бульона переросло в маниакальную одержимость. С ненавистью дожевав сникерс, легли спать. Всю ночь палатку трясло и качало. То ли от порывов ветра, то ли от дрожи наших замерзших и мокрых тел.
Утро, как будто извиняясь за вчерашнее, обдало теплом и светом. Вокруг была ослепительная синева, напополам с ослепительной же белизной. Полюбовавшись непривычно заснеженным Усеном и немного просушив вещи, снова двинулись к вершине.
Сфотографировались на фоне окружающего великолепия и начали спуск. Паша с Нурали, или “Kazakh EXPRESS” - как мы их между собой прозвали, спустились с Асана за 3 часа. Видимо прыгали вниз от станции к станции. У нас на 15 дюльферов времени ушло вдвое больше. В лагерь вернулись уже по традиции затемно.
В лагере было оживленно - появились итальянцы, австрийцы и даже какие-то туристы. Большая группа из Питера разбила целый шатер поодаль.
Наши казахи отпаивали нас чаем, кормили гречкой и консервированными ананасами - эти пижоны раздобыли где-то три банки и одну оставили специально для нас. После дня на бульонном кубике (утром мы его все же отыскали), такой деликатес был роскошен и аристократичен.
Мы сидели кружком и говорили перебивая друг-друга - парни о их массовом забеге на Желтую стену и первопроходе на Пирамидальный, мы - о нашем героическом восхождении и чудесном спасении. До меня постепенно начал доходить весь масштаб происшедшего. Хотелось надуться и стать важным, но я понимал в какой компании нахожусь - по этому скромно сидел и жевал ананас.
Утром проводили казахов - их программа закончилась. Познакомились с питерцами и итальянцами. Послушали рассказы немцев.
После Асана мы могли соперничать худобой с черенком от швабры - поэтому баткен-трэвеловский повар Абдуваси, или просто Вася, принялся нас усиленно откармливать. Мы не отказывались - ели приготовленный Васей куырдак, пили чай, отсыпались и строили планы на будущее.
В будущем была Одесса. Проснулось то, уже порядком подзабытое, желание зайти на Гору. Не все-равно какую, лишь бы маршрут поинтереснее, а на конкретную, именно эту, потому что она - Одесса. 4810. Одна из визитных карточек района. Огромная монолитная стена. Страшная до жути. И потому манящая.
Ну и че - пошли… За чем-то…

Одесса  Great Karabshin Trail

Изначально планировали идти по Овчаренко, 6А. Но маршрут сыпал и его рекомендовалось проходить без промежуточной ночевки. Скорости на это у нас не хватало и мы остановились на 5Б по Назарову с перевала.
Что бы попасть на перевал нужно уйти в ущелье Ак-Суу. “День-полтора подход - за то соседнее ущелье посмотрим” - рассуждали мы. Тогда это казалось хорошей идеей и через два дня отдыха, упаковав рюкзаки всем необходимым, мы отправились покорять Одессу. Памятуя о голодном дне спуска с Асана - я настоял на том что бы необходимого было побольше. Вес и размер рюкзака внушал легкую тревогу, но я гнал опасения прочь.
Зашли в Ак-Суу и поняли почему иностранцы предпочитают именно это ущелье. Ортотюбек, Слесова, восточные склоны Шайтанханы, Кркычылты и Одессы - создают пейзаж на столько космический, что теряется ощущение реальности картинки. Как-будто попал в фантастический фильм или “Зазеркалье”. Стены казались каким-то невероятных размеров рекламным мега-баннером, растянутым вдоль реки - на столько они были близки и в то же время недоступны.
К вечеру дошли до поворота из ущелья на перевал. Начинался подъем и было ясно что сегодня до ледника, не говоря о перевале, мы не дойдем, а ночевать на косом травянистом склоне не хотелось.
Поставили палатку. Попутно пообщались с местными пастухами и получили категоричный наказ “в любой момент обращаться, если что-то будет надо”. Размышляя над тем, как технически это могло бы происходить, улеглись спать.
Утром продолжили путь наверх. Травяной склон, осыпь, морена, ледник и наконец открылся перевал. Увидев перевал, я снял рюкзак, сбросил его в пропасть, развернулся и ушел домой. Подъем выглядел на столько высоким и крутым, что лезть на него не хотелось совершенно. Мне он чем-то напоминал 1Б на Брно в Безенги.
Обещанного в описании фирна, под который мы специально взяли кошки - небыло. За то были осыпь и скалы. Немного не того ожидаешь после полутора дней подхода, когда кажется что основная часть пути позади. Жаль пропасти рядом не оказалось - пришлось тащить себя с рюкзаком дальше.
Справедливости ради стоит отметить что подъем не был столь тяжел как мне представлялось и к вечеру мы выгребли на перевал. Вместе с обещанным в описании снегом, на ночевке предсказуемо не оказалось обещанной в том же описании воды. В тенистом закутке, приспустившись по перевалу, я нагреб грязного льда - все же лучше чем ничего. Лед топили и воду фильтровали через чайное ситечко.
Обустроив ночевку - сидели и молча смотрели по сторонам. С юга, в снегу - пик ЛОМО, с севера, голые камни на той же высоте - Одесса. Стена, по которой проходил наш маршрут, уходила ввысь и скрывалась в облаке. Казалось что завтра мы полезем на небо. А между всем этим - наша палатка. Она почему-то напоминала мне маленький целлофановый пакетик, невесть как занесенный ветром на камни.
Утром мы встали пораньше и никуда не пошли. Может во мне проснулась некая альпинистская зрелость. Может просто устал психологически - но выйдя утром из палатки, я отчетливо понял - на гору идти не хочу. Долго сидел - курил и пытался понять что это - неуверенность? Мандраж? Предчувствие? Но ничего подобного, кроме полного отсутствия желания, внутри не обнаружил.
Немного освоившись с этим новым для меня ощущением - озвучил его Юте. Юта хотела вторую 5Б. Но видимо внутри у нее шевелилось нечто подобное и она не настаивала. Благодарный за это - я взвалил на плечи рюкзак и мы пошли вниз. Вернее поехали на сыпухе как в лифте. Если бы не скалы, которые приходилось поминутно облазить - вполне себе комфортный вариант.
С перекурами одолели морену и травяные склоны, спустились к реке и принялись думать как сделать так, чтоб и рыбку съесть и… рюкзаки бы сами в лагерь пришли. Подошли к БЛ Ак-Суу - опппа! - реку в брод форсирует караван - рысью к нему:
  • Привет! Куда путь держите?
  • Иранцы в Кара-Суу переезжают. (1-0 в нашу пользу).
  • Мы туда же. Есть ишак свободный?
  • Не, брат, весь ишак занят. (Блин! 1-1, но поборемся).
  • Ну а че - закинуть пару мешков до кучи. За деньги…
  • Брат, тебя как звать?
  • Толик.
  • И меня Толик! Тезки значит. На самом деле я (тут идет киргизское имя созвучное “Толику”), но если по простому то Толик. Это жена твой там стоит?
  • Да.
  • Так вот брат, места на ишак нет, но я рюкзак твой жена сам понесу. Денег не надо - люди друг-друг помогать должны. (2-1 - удача!)
Джентльменского порыва Толика хватило минут на двадцать. Догнав ушедший вперед караван я застал его перегружающим рюкзак Юты на ишака. При таком раскладе причин для отказа подгрузить и мой рюкзак не оставалось и вскоре, счастливый и налегке, я шел упругой походкой по тропе, попутно погоняя ишаков.
Разговорился с иранцами - оказалось что они собирались на Одессу по маршруту Воронова 6Б, но ошиблись ущельем. Не удивительно, учитывая на сколько скудная в англо-язычном интернете информация о Каравшине. Все знают что тут есть стены как в Патагонии, но максимум что имеют - это схемы маршрутов в символах UIAA.
По дороге рассказал им как добраться из лагеря Карасу в цирк Одессы, отдал карту-схему района и описание их маршрута из моего рисковского гайд-бука. Позже в лагере я еще несколько раз переводил им описание вариантов спуска и самого маршрута по участкам, а они угощали нас иранскими финиками и фисташками. Фисташки были так себе, а за финики я, в день отъезда, подсунул в их палатку оба наших гайд-бука целиком. Может пригодятся в будущем, а я себе еще распечатаю.

Отъезд

В лагере, по уже сложившейся традиции, нас опять принялись откармливать. На этот раз немцы. С опаской спросив разрешения у нанятой ими же поварихи Лены из Бишкека, они пригласили нас на суп и торт. Как в горах, из подручных средств - сгущенки и печенья - получаются такие вкусные торты, я понимать отказываюсь. Но может и не надо.
За чаем с тортом обменивались впечатлениями и планами. Немцы с переменным успехом ходили на Асан. Сейчас собирались на Одессу по Овчаренко, но беспокоились на счет камнеопасности маршрута. Я посоветовал им взять у Абдуваси казан и на полках спать под ним. Немцы прониклись и на будущее озаботились - выпускает ли казаны Black Diamond? Вечер в тот день был долгим.
Оставшиеся два дня тянулись долго и потому пролетели незаметно. Сходили под Пирамидальный. Сидели - изобретали первопроходы и пили чай. А рядом свистел мармот.
В лагере общались с итальянцами - они посменно, двумя связками, обрабатывали новый маршрут на Малый Асан. Одной из связок в сумме было 120 лет - опытные мужики, жду от них отчета с описанием по первопроходу.
Немцы загорелись идеей траверса массива Одесса - Кркычылта - Шайтанхана и мы снова засели за переводы описаний.
Ходили в кош за айраном, а вечером пили водку с Абдуваси и Леной у костра.
А потом наступил день отъезда. Быстро собрались и пошли прощаться. Обнялись с Леной, сфотографировались с немцами. Абдуваси получил спальник и ботинки, но от предложенных денег отказался наотрез.
Когда прощались с Джанфранко - одним из итальянцев - дышать стало тяжело, а в глазах защипало - наверное от духоты перед дождем.
Путь обратно был проще и быстрее - мосты отстроили заново, а наша группа была компактной и мобильной - Юта, я, четыре осла с погонщиками, лошадь и беременная женщина. Мы шустро бежали по тропинкам и осыпям, а на особо крутых участках беременную женщину усаживали верхом на лошадь.
Глядя на это - в Юте проснулась амазонка. Но второй лошади у нас не было и ей достался скакун попроще. Как Ходжа Насреддин, въезжающий в Бухару, она трусила на осле во главе нашего странного каравана. Для полного соответствия, на ночевке, я предложил ей научить осла читать Коран. Жаль Корана у нас не оказалось, а сыпать ячмень между страниц электронной книги было неудобно.
Последняя ночевка была под началом длинного подъема к перевалу Сары-Жаз. За месяц я привык к постояному шуму реки и в тишине не спалось. Но потом включили сверчков и стало казаться что мы поставили палатку на токарно-фрезерном участке завода.
Утром поднялись на перевал, в последний раз окинули взглядом горы и спустились к кишлаку. Юта озаботилась айраном, а шустрый подручный Жунусбека вынес мне баклажку пива. В начале поездки я пространно рассуждал о том, как это классно - выпить пива спустившись с гор, но потом совершенно об этом позабыл. Жунусбек видимо нет.
Погрузились в бусик Карима, одного из наших погонщиков и поехали к нему домой. По дороге ограбили абрикосовый сад и оставшийся отрезок пути плевались косточками из окна машины.
Большая семья Карима встречала нас как долгожданных гостей, а обед по уровню церемониальности, был сравним с приемом английской королевы. Уезжали с кучей подаренных вкусностей и наказом обязательно зайти в гости еще раз, когда вернемся в Каравшин.
Баткен - маленький пыльный городок, мне чем-то напоминал городки на диком западе из фильмов о ковбоях. Или скорее даже декорации к фильму. Днем он был полон народа - жители окрестных деревень приезжают за покупками, а вечером пустел - как будто съемочный день закончился и все ушли домой.
Полтора дня мы бродили  по городу, закупались сувенирами, пили коньяк и много говорили об одном и том же. И чем дальше - тем яснее понимали - у нас все было так, как надо.
Так было надо - потерять один день на Серебряной стене и в результате непогоду переждать в лагере, а не под Асаном.
Так было надо - не найти спусковых петель в день вершины на Асане и в результате не произошло невесть что в грозу на спуске.
Так было надо - решить идти 5Б Назарова и в результате увидеть Ак-Суу.
Так было надо - спуститься тогда, когда спустились, встретить иранский караван и в лагерь вернуться на налегке.
Так было надо - не пойти на Одессу. Просто уверен - так было надо.
Все было как надо.

Больше фоток можно увидеть здесь: https://goo.gl/photos/P1B2tsoPU4RzkrEK6

Популярные сообщения из этого блога

Сайрам 2017

Заполярный микст